Владимир Романовский



ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО ПАРИЖУ.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ. СТАТУИ И МОНУМЕНТЫ.

В войне «Черного Ястреба» на американском континенте англичане махались с французами. Одно из английских подразделений, руководимое двадцатидвухлетним лейтенантом, попало в окружение. Лейтенант, решивший поберечь контингент, согласился на переговоры. В палатку ему принесли документ на подпись. Документ он просмотрел и подписал.

Но дело в том, что документ был написан по-французски, а лейтенант с этим языком был знаком лишь по верхам. Когда он узнал подробности, которых до этого не понял, было уже поздно. Ходят упорные слухи, что с этого момента он возненавидел хитрожопых французов на всю жизнь.

Лейтенанта звали Джордж Вашингтон.

Одна из версий, согласно которой американское правительство отказало в помощи Первой Французской Революции, приписывает этот отказ именно ненависти к французом тогдашнего президента США.

На самом деле это страшнейшая лажа.

Во всяком случае, к одному конкретному французу Вашингтон относился очень хорошо.

Француза этого звали Генерал Лафайетт. Или Маркиз де Лафайетт. Во время присоединения его частей к Континентальной Армии (революционной американской) генералу было двадцать лет.

Он очень храбро сражался, проявляя доблесть.

И в Битве при Йорквилле участвовал.

В битве этой Континентальная Армия взяла англичан в кольцо - почти. Под артиллерийским огнем англичане стали отступать к берегу, где стояли английские корабли. Прибыв к берегу они увидели, как подоспевшая французская эскадра корабли эти с огромным удовольствием топит. Англичане сдались.

Пикантная подробность тут такая: в помощь американским повстанцам (против Англии ... против Англии ...) Лафайетта с пацанами послал через Атлантику не кто иной, как король Франции Людовик Шестнадцатый. (Заодно Екатерина Вторая помогала ... деньгами ... потому что против Англии ...)

Людовика, союзника Вашингтона, казнили на Пляс де ля Конкорд. И когда Джефферсон, прибыв из Парижа (где ему надоело созерцать из окна аристократов, развешенных на фонарях) ... прибыв в Филадельфию, сообщил Вашингтону о просьбе Робеспьера и компании о военной и финансовой помощи новоиспеченной республике, Вашингтон послал его на хуй. И ненависть к французам тут совершенно не при чем.

Площадь Соединенных Штатов находится за Сеной, если смотреть от Эйфелевой Башни. На ней расположился монумент, изображающий Вашингтона и Лафайетта.



Копия этого монумента есть в Гарлеме:



В двух кварталах от площади, отдельно, есть памятник Вашингтону:



И, отдельно, памятник Лафайетту находится в парке на набережной, неподалеку, вы поняли, от Пляс де ля Конкорд:



У западной стороны Парка Тюильри расположилась Площадь Пирамид, с конной статуей Жанны д'Арк, конца девятнадцатого века:



Памятник блистательному Мольеру расположился символично на стыке улиц Мольера и Ришелье:



На скромном ответвлении от Бульвара Сен-Мартен стоит скромный бюст Иоганна Штрауса-Младшего, на нем периодически рисуют граффити. Вообще отношение к композиторам в Париже, мягко говоря, странное.



В центре игрушечной Площади Побед расположился памятник Людовику Четырнадцатому:



Через своих людей (из скромности) Людовик Четырнадцатый заказал также конную статую, его изображающую, скульптору Бернини, автору многочисленных фонтанов в Риме. Бернини отнесся к заказу с чрезмерным, как показалось Людовику, юмором, и статуя долго пребывала в немилости прежде чем занять свое место во дворе Лувра:



Помимо игрушечной Площади Побед в Париже есть также вторая игрушечная площадь, Пляс Вандом. Ее хорошо посещать вечером. Там почти всегда безветренно и малолюдно, и в тихом свете фонарей она напоминает театральную декорацию, очень интересный эффект.



Царь Александр Третий, инициатор союзного договора между Россией и Францией, подписанного в 1892-м году, удостоился моста своего имени в Париже. Говорят, первый камень закладывал приглашенный по этому случаю в Париж Николай Второй. Мост построен в стиле модерн, с многочисленными херувимами и нифмами, очень красивый:



Конный памятник Боливару торчит прямо у моста:







А сам мост ведет прямо к Инвалидам, где в крипте покоится прах Наполеона Первого в саркофаге из услужливо присланной царем карельской березы:



Памятник Генриху Четвертому, как я уж докладывал, высится над стрелкой Сите и мостом Пон Нёф, который он заказывал своим архитекторам. Согласно Дюма-старшему, на него, прячась от полиции Мазарини, залезал с приятелем пьяный граф Рошфор. Шпора Генриха сломалась, приятель свалился, сломал ногу, и стал кричать. Полиция прибежала и повязала обоих, и Рошфор провел в Бастилии пять лет.



Напротив памятника расположились два здания, вдохновлявшие множество архитекторов во всех мировых столицах очень долгое время:



К примеру, автор этих трех зданий, угол Бродвея и Восемьдесят Шестой Улицы в Нью-Йорке, явно хорошо изучил «близнецов» у Пон Нёф:



Дворец Шайо напротив (через речку) от Эйфелевой Башни, строился к очередной парижской всемирной выставке в 1930-х годах. Сталин тоже такие здания очень жаловал - много прямых линий, и есть в этом что-то не то египетское, не то китайское. В общем, противно.



Но я согласен, что предыдущий дворец, на этом же месте, для этой же выставки, построенный в 1870-х годах коллегой Османа (выставку проводили каждые одиннадцать лет) выглядел не лучше:



Шайо виден из-под Эйфелевой Башни, которая тоже мне не очень нравится. Эйфель обещал разобрать после выставки. Не разобрал. Зря.







Уважаемый читатель! Помните о том, что книги - хлеб литератора. Если Вам понравился рассказ, пожалуйста заплатите его автору - сколько можете:




Книги Владимира Романовского можно приобрести на Сайте Автора